?

Log in

No account? Create an account
С Днём Победы!
ssvergeles
Ядерное оружие и грехопадение

Обдумывая этот текст, я пришёл к мысли, что акция «Бессмертный полк» является очень важным элементом в поддержании у граждан России чувства уникальности своей роли в истории. Помимо, разумеется, чувства исторической памяти и солидарности. Жертвы, перенесённые в ходе Великой Отечественной войны гражданами СССР, и одержанная Победа закрепили за русскими право доносить свой голос до всего человечества. Несмотря на возможное нежелание части человечества его слышать. Но слушать придётся. Не в последнюю очередь благодаря тому, что есть у России в силе оружие сдерживания.

Введение
Разобщение и интеграция человечества
    Гарантированное взаимное уничтожение как принуждение к самосовершенствованию
    Что было в раю и после изгнания
    Христианские критерии оценки ядерного оружия
Полемика и критика
    Позиция других Православных церквей
    Позиция Римской Церкви
    Критика пацифистской позиции
Заключение

Полный текст на vergeles.ru
[Читать выдержки ...]

В ядерном оружии количество мощи переросло в качество — последствием его применения может быть не только уничтожение вооружённых сил противника и, при желании, какой-то части мирного населения. Так было со всяким оружием до этого. Применение ядерного оружия может привести к обрыву истории, в результате которого человечество если и выживет, то в значительно сокращённом количестве. И будет вынуждено продолжать себя уже в разрушенной цивилизации и исковерканной окружающей природе.

Поэтому оценка феномена ядерного оружия является серьёзной нравственной и философской задачей. Эта задача новая, до середины XX века её просто не существовало. Значит, просто решиться она не может и не должна.

Основными двумя позициями по ядерному оружию, сформулированными на сегодняшний день, являются следующие:


  1. Практическая. Создание ядерного оружия и его носителей, устрашение им потенциального противника — действия в рамках выбора «наименьшего зла». Сами по себе эти действия являются злом, но в противном случае произойдёт значительно большее зло. Примеры Первой и Второй мировых войн являются демонстрацией этой гораздо худшей альтернативы.

  2. Пацифистская. Ядерное оружие является самым мощным средством уничтожения. Уничтожение есть зло, а самое мощное средство его достижения поэтому является самым большим злом. Отказ от ядерного оружия таким образом должен являться первоочередной задачей, невзирая на потенциальные следствия её выполнения.

Но «практическая» позиция, являясь адекватной существующему политическому мироустройству, тем не менее уязвима для концептуальной критики. В своё обоснование она закладывает ненужный и потому потенциально разрушительный реверанс в сторону «пацифистской» точки зрения. Автор этого текста предлагает новое понимание роли ядерного оружия, которое избавляет народ, использующий ядерное оружие сдерживания для самозащиты, от впадения в шизофреническое состояние через принятие на себя вины совершения «меньшего зла».

В основе нового, предлагаемого нами, понимания лежит выявление связи между ролью ядерного оружия в современном мире и ролью дерева познания добра и зла в библейском раю:
— Первому человеку Адаму было запрещено Богом употреблять плоды этого дерева. Как оказалось после, вкушение этих плодов ставило человека на дорогу ошибок через автономное переопределение, что есть добро, а что есть зло в его жизни. Запрет употреблять плоды был подкреплён предупреждением Бога о том, что человек «смертью умрёт» в случае нарушения. А вместе с тем, возможность съесть эти плоды у первых людей была для того, чтобы обеспечить реализацию свободной воли человека.
— В современном мире существует техническая возможность удерживать весь мир под одной культурой. Это бы позволило такой культуре утвердить по всему миру свои далеко неидеальные представления о дозволенном и порочном. Однако путь к достижению мировой гегемонии преграждает ядерное оружие сдерживания, сохраняя мир многополярным. Вместе с тем, остаётся возможность какой-либо стране начать ядерную войну с безумной надеждой утвердить своё доминирование по всему миру.

Конечно, следует понимать, что речь идёт не о ядерном оружии и средствах его доставки как о некоторой совокупности техники. В первую очередь речь идёт о государстве и народе, создающем и поддерживающем у себя эту технологию. Для достижения эффективности от обладания ею государству следует всегда поддерживать в себе готовность к применению средств ядерного сдерживания, и, более того, публично демонстрировать эту готовность на весь мир. Это обстоятельство ещё более сдвигает проблему в сторону нравственности: обладание ядерным оружием сдерживания предполагает определённое настроение духа народа и постоянное волевое усилие его правительства. Народу нужно осознавать свою уникальность в истории, а своему правительству делегировать право и обязанность быть готовым к принятию решения о завершении текущего витка истории.

Получается, что, например, правительство России, население которой составляет менее 2% мирового, может принять решение о ядерном ударе в случае, если посчитает возникшую угрозу несовместимой с существованием государства. Может возникнуть вопрос: по какому праву эти 2% могут брать в заложники остальные 98% только ради того, чтобы соблюдались права этих 2%? Население США всего в два с небольшим раза больше российского, поэтому этот же вопрос можно с той же степенью обоснованности адресовать и по другую сторону Земного шара.

Ответ состоит в том, что как раз далеко не только ради того, чтобы соблюдались права этих 2%. Даже если остальные 90% не имеют сил подтвердить это, или, тем более, осознать. Если на планете воцарится гегемония, то дальнейшее будущее всего человечества будет катастрофическим. Оно окажется в состоянии единой глобально победившей идеологии и единой силы, проводящей её в жизнь. Из анализа истории и современности можно точно сказать, что какова бы ни была идеологическая окраска общества в крупном государстве, рано или поздно существование в нём достигнет слишком большой степени тяжести для его среднего гражданина. Общество зайдёт в тупик, став нестерпимо аморальным. История также учит нас, что механизм выхода всегда состоит в том, что такое государство ослабевает и потому становится уязвимым для внешних влияний. В результате в этом государстве происходит по крайней мере отчасти вынужденный демонтаж последствий накопившихся ошибок, после чего для общества открывается новая страница развития. Но в условиях человечества, объединённого под эгидой одной империи, уже не будет внешних сил, способных вывести человечество из этого тупика

Есть исполненное презрения к людям представление о том, что если Бог и примет решение завершить человеческую историю, то это точно будет сделано не через нажатие ядерной кнопки главой одной из ядерных держав. Оно вытекает из желания установить духовное, а через него и материальное, рабство. На самом деле, Божий Промыл в истории человечества главным образом действует как раз через сердца людей. Поэтому страны — в первую очередь Россия и США, — на долю которых выпало обладание ядерным оружием сдерживания, должны воспринимать это как честь от Бога и подходить к этому со всей ответственностью. Обладание ими ядерного оружия исторически обосновано и никакой вины за “махание ядерной дубинкой” в разумных пределах на них не лежит.

Вместе с тем, конечно надо осознавать, что сама необходимость существования ядерного оружия сдерживания следует из греховной испорченности всего человечества. Поэтому единственным возможным путём уйти или хотя бы снизить необходимость ядерного сдерживания может лежать только через нравственное совершенствование человечества как целого. Наличие оружия у государств и само наличие государств является только индикатором состояния человечества. Искусственное подкручивание этого индикатора может привести только к ухудшению этого состояния.

Гарантированное взаимное уничтожение как принуждение к самосовершенствованию

С приходом Нового Времени, а особенно XX века, технические возможности человечества возросли настолько, что вся Земля стала доступной для амбиций успешной империи-цивилизации. Поскольку на Земле существует не одна империя, то между ними с неизбежностью установилась непрерывная и всесторонняя конкуренции. Несколько попыток разрешить эту конкуренцию через войны (Наполеоновские войны, Первая и Вторая мировые войны) привели только к отрицательным результатам для их зачинщиков. С каждой новой войной жертв оказывалось всё больше благодаря дальнейшим успехам технического прогресса. И всё больше главными выгодополучателями оказывались те империи, которые минимально участвовали в конфликте.

Но количество технических изобретений переросло в качество. С созданием ядерного оружия и его средств доставки возможность для начала следующей мировой войны оказалась практически исключена.

Позиция, называемая глобализмом, предполагает, что правда и будущее всё равно за научно-техническим прогрессом в том плане, что на планете непременно и скорейшими темпами должна остаться одна империя. Такой прогноз в том числе с неизбежностью подразумевает, что во всём мире должен установиться один единственный (рамочный) стандарт коммуникации между людьми. На всех территориях все народы должны принять некоторые общечеловеческие ценности, и исключить из своей национальной культуры всё, что им противоречит.

Однако, как показала практика, построение глобальной империи контрпродуктивно и потому невозможно не по причине недостаточного технического прогресса, а в силу далеко неидеального морального облика любого народа и вообще любого людского сообщества. Поэтому построение каждой империи всегда сопровождается ущемлением какой-то общности, или, наоборот, её неадеквантным поведением. Но самое главное, что невозможно договориться о том, как же должны выглядеть базовые общечеловеческие ценности. У каждого народа есть своё представление о совести, о дозволенном и порочном. И все эти противоречия оказываются несовместимыми в одном правовом пространстве без границ.

Противоречия между этическими идеалами народов не случайны. Если мерилом брать Божии заповеди, то эти идеалы у каждого народа страдают большим количеством изъянов. Только взаимное дополнение и корректировка через конкуренцию разных культурных регионов даёт возможность человечеству преодолевать кризисы и вызовы эволюции. В случае тотального доминирования одной культуры человечество придёт к катастрофе по масштабу значительно превосходящей атомную войну. В религиозных терминах, это, по-видимому, окажется решительным шагом к становлению царства антихриста.

Таким образом, ядерное оружие сдерживания сохраняет нынешний многополярный режим развития человечества:


  1. Оно не позволяет ни одному государству (народу) достичь гегемонии на всей планете

  2. Потому что если и появляется желание у какого-то народа это сделать, мысль об ответном ударе смиряет это желание

  3. Ответный удар настолько силён, что речь идёт о гарантированном взаимном уничтожении

  4. Потенциальная гегемония приведёт к тому, что она позволит добившемуся её народу диктовать своё понимание добра и зла, свои понятия допустимого и недозволенного всему человечеству.

  5. Удерживая каждый из народов решить свои внутренние проблемы через поедание соседа, наличие ядерного оружия оставляет для них только один вариант — мирно трудиться ради решения своих проблем и улучшения собственного благосостояния в общении с остальным человечеством.



Политизация проблемы абортов
ssvergeles
Полный текст см. на личном сайте автора

Тема абортов обсуждается в России с момента распада СССР, когда количество абортов было чудовищно большим по сравнению с другими странами. Однако именно в 2015 году эта тема стала политической. Начало этой волны развития можно отсчитывать от выступления Патриарха Кирилла на открытии III Рождественских Парламентских встреч (его слушателями были в т.ч. депутаты Государственной Думы) 22 января 2015 года. В частности, в своём выступлении он призвал исключить аборты из перечня услуг обязательного медицинского страхования (ОМС). «Тот довод, что, мол, увеличится количество подпольных операций, — это чепуха. За них тоже платят деньги. Цена легальной детоубийственной операции должна быть такой же, как и подпольной. Но не за счет налогоплательщиков.»

20 мая 2015 г. на предложение о выводе абортов по собственному желанию из системы ОМС резко отреагировала Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко: «Это недопустимо. Я против таких экстремистских предложений, носящих запретительный характер, я - за мотивацию делать или не делать? Они могут привести к пагубным последствиям. Поэтому я против таких резких движений в этой сфере.» Но вообще в целом, государственная власть отреагировала сдержанно и спускает тему на тормозах, хотя и дала понять, что воспринимает эти предложения как экстремистские и никаких подобных решений принимать не намерена. Предлагаемые рецепты действительно являются экстремистскими, поскольку i) не поддерживаются большинством граждан; ii) являются частью навязывания обществу норм морали одной из религиозных групп общества (православного христианства); iii) в текущих условиях ведут к существенному ограничению прав и свобод граждан. В результате конец весны и первая половина лета прошли с истерикой от церковных спикеров — лидеров противоабортного движения.

Вместе с тем, динамика количества абортов в России даёт основание ожидать, что через 10-15 лет количество абортов в России станет настолько малым, что они перестанут представлять из себя серьёзной проблемы. Останется только борьба за принципы — иметь или не иметь в законодательстве возможность совершить женщине аборт. Поэтому именно сейчас, пока ещё количество абортов достаточно заметное, и была проведена кампания за их законодательный запрет.

На этом фоне практически необсуждаемыми в православной среде остаются средства контрацепции. В реальности, невозможно обойтись без планирования семьи и ограничения рождаемости. Ограничение рождаемости можно достигать, грубо говоря, тремя способами: совершением абортов, использованием противозачаточных средств и воздержанием супругов в семье. Хотя в официальном документе Русской Православной Церкви содержится утверждение, что только первый способ является предосудительным, на практике православные лидеры и активисты противоабортного движения осуждают также и использование противозачаточных средств. В этом, по моему наблюдению, состоит их скрытый мотив, которым они руководствуются при определении своей позиции.

Обобщая, интеллектуальный потенциал Русской Православной Церкви не поспевает за её внезапно возросшим общественным весом. Видение ряда церковных спикеров будущего Церкви в гражданском обществе часто оказывается деструктивным. Просматривается желание вернуть всё общество на предыдущую стадию развития. Это можно заметить как по отношению к вопросу культуры планирования семьи, так и к другим аспектам жизни современного общества. Например, продолжается муссирование темы об обществе потребления. Реальность же состоит в том, что за исключением малой прослойки, в России сейчас речь точно не идёт о переизбытке материальных благ. С другой стороны, общество не может быть гражданским при низком среднем уровне дохода. Именно желанное снижение степени реализации гражданского общества на самом деле и имеется ввиду при рассуждениях об "обществе потребления". Этим церковным спикерам ошибочно кажется, что в случае отката общества на предыдущую стадию развития для Русской Православной Церкви создадутся более благоприятные условия. Отметим, что подобные выводы о скрытых социо-культурных устремлениях в Церкви делает и главный внутрицерковный оппозиционер — протодиакон Андрей Кураев.

Истинной задачей Церкви является жизнь во Христе, «Потому узнают все, что вы – Мои ученики, если вы будете иметь любовь между собою» (Ин.13:35), с возможностью демонстрации успехов в этом деле для окружающих нецерковных людей, "И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме" (Мф.5:15), и проповедь Евангелия: "идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари" (Мк.16:15). Когда церковные лидеры продавливают решение проблем нравственности во всём обществе силовыми методами, то это является их ошибкой и следствием непонимания своего места в обществе.

Что же касается частного вопроса — признания/непризнания в гражданском обществе права женщины делать аборт ввиду защиты прав эмбриона, то следует заметить очевидное: Самим Богом женщине дано право и возможность вынашивать эмбриона в своей утробе. Здесь её власть, а не государственная или тем более церковная. Именно ограничение власти государства по отношению к личности характеризует государство как правовое. В случае с абортом как раз так и есть. Свобода выбора предполагает, что женщина может (к сожалению) употребить данную ей власть во вред эмбриону, как существу, полностью от неё зависящему.

Важно также добавить, что в изложенной нами логике допускаемое на уровне законодательства право женщины на аборт не является безусловным признаком правового государства. Вполне вероятно, что через 20 лет, во-первых, количество абортов сократится ещё раза в 3-4, по-вторых, большинство населения станет считать аборт анахронизмом и дикостью, и в-третьих общество будет видеть в себе силы предложить словом и делом альтернативу женщине, решившей сделать аборт. В этом случае предложения по выводу абортов из системы ОМС буду вполне уместными. Если общество и дальше будет двигаться в сторону отказа от абортов, возможны также законодательное ограничение или даже запрет абортов. В этом случае такие меры не должны будут квалифицироваться как экстремистские, поскольку права очень малой группы будут ограничены всем обществом, способным указать и предоставить достойную альтернативу. И это решение будет полностью в рамках развития правового государства.